Гастроэнтеролог василенко

Василенко В.В. В.Х. Василенко и гастроэнтерология сейчас // Русский медицинский журнал. 2007. Т. 15. № 15. С.



В.Х. Василенко и гастроэнтерология сейчас

ММА имени И.М. Сеченова

Из современной истории медицины

Оглавление:

Чтоб ясное о нем познанье получить,

Ученый прежде душу изгоняет,

Затем предмет на части расчленяет



И видит их, да жаль: духовная их связь

Тем временем исчезла, унеслась!»

Противоречивый процесс глобализации коснулся всех сторон человеческой деятельности, в том числе сферы общественного здравоохранения и медицинской науки, где он проявился, в частности, сменой отечественных научных приоритетов на общемировые и в лечебно-профилактической области – с общественного на индивидуальный. Наряду с традиционным подходом к болезни как состоянию, сокращающему продолжительность жизни и снижающему трудоспособность, все шире стало учитываться еще одно закономерное следствие болезни – снижение качества жизни. Особенно яркие сдвиги наблюдаются в клинической гастроэнтерологии.

В основу современной Международной классификации болезней, строго регламентирующей обозначения нозологических единиц, положены два принципа: этиологический и морфологический. Цель этого подхода ясна: радикально ликвидировать установленные причины (или предупредить их повреждающее влияние) и по возможности исправить структурные сдвиги. Для более ясного представления о структурных нарушениях внедряется международная Минимальная стандартная терминология гастроинтестинальной эндоскопии.

Однако применение этих инструментов показало, что при многих патологических состояниях не обнаруживается ни ясный причинный фактор («полиэтиологичность»), ни специфический морфологический субстрат. Нозологический и локалистический подходы оказались недостаточными. В реальной действительности создалось такое положение, когда врачи готовы лечить хорошо знакомые им болезни, а пациенты хотят просто не страдать. По гиперболическому выражению английского клинициста 1 , трагический факт заключается в том, что врачи в медицинских вузах тратят массу времени на изучение одних болезней, в то время как в повседневной практике они обычно сталкиваются с совершенно иными. Возникла необходимость дополнить нозологическую классификацию понятием функциональных болезней и разработать для последних четкие диагностические критерии и рациональные лечебные подходы. Это было реализовано в документе «Многонациональное соглашение о функциональных желудочно-кишечных расстройствах», который не лишен, однако, недостатков, свойственных органно-локалистическому подходу.



Новые положения гастроэнтерологии с трудом прокладывают путь в повседневную практику. Частично это связано с энтузиазмом активного внедрения эндоскопических методик (особенно тревожного в педиатрии). Так, В.Х. Василенко подчеркивал, что «это методы, главным образом, местного определения патологии и только косвенно указывают на болезнь в целом.» Отчасти же – с недостаточным осознанием того, что они закономерно вытекают из традиции русской медицины.

Сегодня уместно вновь обратиться к тому, что по этому поводу думал основоположник отечественной клинической гастроэнтерологии В. Х. Василенко. Свои мысли в наиболее концентрированной и доступной форме он выразил в речи, обращенной к будущим и состоявшимся врачам более 35 лет назад. Она была опубликована тиражом 500 экземпляров.

Воспроизводим фрагмент текста (части III) по изданию: Актовая речь В. X. Василенко «Проблемы общей и частной диагностики заболеваний органов пищеварения»; издание I ММИ, 1971 г. Смысловые выделения шрифтом в тексте и примечание принадлежат автору Речи.

«Поближе к больному человеку». Ф. Г. Яновский.

Отмечу последний (last not laest) и нелегкий для диагностики раздел гастроэнтерологической клиники – многочисленные случаи разнообразных, меняющихся клинических картин нарушений нервной регуляции функций органов пищеварения. Это область неопределенных фактов, рыхлых связей симптомов. Только в учебниках есть определенные схемы, модели болезней, а в жизни все много сложнее, труднее и неповторимее. Половина амбулаторных больных, пациентов поликлиник, консультации гастроэнтерологов и значительное количество коек в стационарах занято людьми, страдающими так называемыми функциональными нарушениями системы пищеварения 2 . Конечно, функция и структура взаимообусловлены, однако в клинике есть заболевания, при которых еще не обнаружены и не доказаны структурные изменения, обусловливающие или составляющие морфологический аспект болезни. «Функциональные заболевания» – условное название.



Первое, с чем мы соприкасаемся у постели больного, – это симптомокомплекс, т. е. агрегат симптомов (и признаков), который необходимо привести в порядок, в систему, без чего можно растеряться в хаосе информации. После установления связи между симптомами – по месту, по последовательности их, причинной зависимости – мы можем выделить симптомы со стороны желудка, печени и т. д. и симптомы, связанные с изменениями тех или иных функций (секреции желудка, моторики кишечника и т.п.). В результате образуются синдромы, т. е. группы симптомов, объединенных анатомической основной или функциональной связью, патогенезом. Иногда имеется «разброс» симптомов на ряд органов и систем (полифокальный синдром). До полного диагноза болезни дело часто не доходит и для нас немало больных представляются только определенным синдромом. Относительно больных, страдающих так называемыми функциональными нарушениями органов пищеварения, часто дело идет скорее о стадиях заболевания, которое приводит к морфологическим изменениям.

Практически мы разделяем: а) симптомы субъективные (сенситивный синдром), например: боли в животе, тошнота и т.п., иногда бывают в чистом виде, т.е. без обнаружения анатомо-физиологических оснований; б) симптомы функциональные (функциональный синдром), например, желудочная гиперсекреция и гиперхлоргидрия, диарея или запор и т.п., изменение функций может иногда и не ощущаться больным; в) симптомы органические, иногда их называют – признаки (морфологический синдром), например: гепатомегалия, варикозное расширение вен пищевода, каскадный желудок и т.п., и при этом синдроме иногда отсутствуют субъективные симптомы и даже при нарушении функций, например: некоторые формы хронического гепатита и т.д. В большинстве случаев имеется сочетание синдромов (сенситивного, функционального, морфологического). Происхождение каждого синдрома или их сочетаний не всегда хорошо выявляется; если удается установить точную этиологию (например: свинцовое отравление, сифилис, наследственная глютеновая недостаточность и т.п.), то диагноз будет указывать на определенную болезнь или нозологическую единицу. Само собой разумеется, что при любом заболевании – инфекция, интоксикации, опухоли, травма – почти всегда изменяются функции пищеварительной системы, они являются вторичными и не будут предметом сегодняшнего рассмотрения. Наше внимание привлекают нарушения, связанные с функциями нервной системы. Можно перечислить ряд симптомов и синдромов в гастроэнтерологии неврогенной природы.

  1. Невропатические и психопатические: горечь во рту, истерический комок, аэрофагия, психогенная рвота, мнимый запор, «метеоризм», вздутие живота без метеоризма, «постгепатическая неврастения», висцералгия, солярный синдром, психическая анорексия, канцерофобия и другие фобии.
  2. Функциональные («органные неврозы»): пароксизмальная саливация, спазмы пищевода и кардии, функциональная желудочная диспепсия – а) раздраженный желудок, б) вялый желудок; псевдоульцерозный синдром; функциональные кишечные диспепсии – а) раздраженная толстая кишка, б) спастический запор, в) функциональный понос; простой запор (дисгезия), псевдоаппендицит, постгепатический синдром, постхолецистэктомический синдром, синдром правого и левого подреберья, нейродигестивная астения (3. Маржатка, 1967). Здесь «инвентаризовано» 27 форм или симптомов нарушений функций; можно некоторые названия оспаривать, дать другие термины, но подобные проявления заболеваний существуют в клинике. При истерии, например, отмечают около 60 субъективных и функциональных симптомов, из них более 10 относятся к области гастроэнтерологии (Woodruff и др., 1971). Все эти перечисления вызывают потребность упорядочить массу симптомов в группы в зависимости от их происхождения.

Отличают другую форму эмоционального состояния беспокойства (anxiety), тягостное чувствование, сопровождающееся страхом (беспричинным или неадекватным). Это состояние обусловливает чувство сухости во рту, анорексию, рвоту, аэрофагию, кишечные спазмы и т. п. на фоне утомляемости и головной боли. Более легкие формы фобии (чем канцерофобия) – боязнь поноса или запора и т. п. – встречаются очень часто и проходят (обычно временно) после хорошего разъяснения больному сути дела. Вегетативные расстройства сами по себе или в сочетании с эмоциональным беспокойством или депрессией ведут к различным нарушениям функций, а затем и морфологическим изменениям органов. Известны неврогенные моторные нарушения пищеварительного тракта: спазм пищевода, кардии, привратника, сфинктера Одди, колики, а также и секреторные нарушения. Не без некоторого основания язвенную болезнь, ахалазию пищевода, даже неспецифический язвенный колит связывают с психогенными влияниями. С другой стороны, все соматические заболевания отражаются в сознании, в эмоциональной сфере и не остаются без влияния на течение болезни. К сожалению, мы не всегда можем точно разграничить психогенные факторы от функционально-органических. Роль настройки центральной нервной системы в клинике любого заболевания всегда велика; еще Н. И. Пирогов показал значение эмоционального состояния на течение ранений на войне. Стремление обосновать роль высшей нервной деятельности, психики при заболеваниях оформилось в большие теории. На Западе такая теория получила название психосоматической медицины (она по сути идеалистическая, связана с фрейдизмом или психоанализом); в нашей стране создана теория кортико-висцеральной патологии (К. М. Быков, Н. Т. Курцин). Эти широкие обобщения не избежали, по-видимому, некоторых преувеличений и гипотетических положений, но они привлекли внимание врачей к изучению личности больного, к состоянию нервных процессов.

Это был ответ на господствовавший в некоторых медицинских школах так называемый чисто естественнонаучный объективный подход к больному (например, Наунин и др.). Эту реакцию образно выразил Честертон: «Люди хотят сказать, что человека надо изучить снаружи, как исполинское насекомое. Они говорят, что это научно беспристрастно, а это просто бесчеловечно. Я не пытаюсь изучать человека снаружи, я попытаюсь проникнуть внутрь. Покуда я не начну думать его думы, терзаться его страстями». Это стремление соответствует тому, что называется эмпатией. Понимание внутренней картины болезни, конечно, помогает правильной диагностике. Здесь же можно отметить своеобразные противоречия между обилием субъективных симптомов и незначительностью или полным отсутствием соматических отклонений, в то же время самые тяжелые (органически) больные часто предъявляют мало жалоб. Нередко раковые больные уменьшают или скрывают свои страдания («уход из болезни»). Распознавание характера невроза, оценка субъективных симптомов, психопатий, «ухода в болезнь» представляют немалые трудности, а встречаются они ежедневно. <…> Кроме прогресса инструментальных и лабораторных методов, существенно позаботиться об усвоении методов психологического и логического анализа симптоматологии болезней и личности больного, особенно при так называемых психогенных нарушениях, неврозах и психопатиях у больных в гастроэнтерологической клинике. Такого рода пациенты представляют значительные трудности в диагностике и лечении, иногда это crux medicorum (по старинной терминологии).

4. Остановлюсь только на некоторых синдромах из многообразной и часто драматической симптоматологии. Диагностические затруднения начинаются с того, что ряд субъективных синдромов (например: боли в животе, тошнота) или жалобы на функциональные расстройства (например, рвота, понос или запор) не находят подтверждения или объяснения при объективном исследовании, часто не удается точно наблюдать эти нарушения. Иначе говоря, симптоматология (иногда весьма богатая) остается необъясненной, врач теряется в догадках и нерешительности. Между прочим, следует отмечать не только на что, но и как жалуется пациент. Поиски выхода из затруднений такого рода, кроме тщательного объективного исследования, следует искать также в так называемой клинической логике. Дело в том, что как в житейском обиходе «концы должны сходиться с концами», так и в науке «все истины согласуются между собой». У психопатических больных обнаруживаются поразительные, но иногда и не очень заметные противоречия, например: жалобы на непрерывные рвоты без потери веса, кровотечения без анемии, постоянные боли при хорошем ночном сне, сильные поносы без истощения, многолетние страдания не находят отражения в соматическом состоянии и т.п. Иначе говоря, это путь сопоставления жалоб, симптомов, объективных признаков между собой, установление причинной зависимости, а также оценки поведения пациента. Исходным пунктом страдания может быть центральная нервная система: повреждение ее деятельности обусловливает функциональные, а в дальнейшем морфологические изменения органов. Во многих случаях необъяснимая симптоматология связана с психопатией, т.е. глубоким изменением характера и личности пациента. Один из подобных синдромов можно было бы назвать абдоминальной гипохондрией. У таких пациентов вся жизнь и переживания связаны с функциями органов живота, которые в некоторой степени могут быть изменены или кажутся больному нарушенными. Характерным является постоянное недовольство врачами и столь же постоянные поиски помощи, длительная госпитализация и неприспособленность к труду. Они никогда не признают улучшений, оспаривают лечение, находят у себя новые симптомы. Не случайно говорят, что воображаемые болезни неизлечимы. Иногда врачам тяжело их обслуживать; клиницист Р. Гетчисон не мог удержаться от жалобы: «Постоянное требование сочувствия и понимания делает абдоминальную женщину настоящим вампиром, высасывающим жизненные соки из всех, кто с ним соприкасается. Получасовой разговор с ней истощает врача больше, чем все остальные пациенты за весь день вместе взятые». Для диагностики такого заболевания, кроме беседы, конечно, нельзя обойтись без рентгенологических и других методов исследования для исключения органического процесса; психопатия не гарантирует от карциномы.


Нельзя обойти вниманием другой синдром, которому давно было дано название «хронический живот» (затем забытое). Этот синдром, в отличие от «острого живота», не представляет угрозы для жизни больного (но не для родственников). Клиника достаточно отчетлива: девушка или молодая женщина с настойчивыми жалобами на боли в животе и различные симптомы со стороны органов пищеварения; в стационар больная попадает обычно в карете скорой помощи по поводу какой-то брюшной катастрофы или кровотечения. Осмотр живота обнаруживает многочисленные послеоперационные рубцы – своеобразные автографы разных хирургов. <…> Правильное распознавание мифического острого живота, из-за которого больная попадает в хирургическое отделение, представляет значительные трудности. Наряду с драматическими жалобами имеется еще агрессивная настойчивость. Характерно в этих случаях стремление к операции, бессмысленность симуляции, а иногда – поразительная лживость. Случаи таких больных фантазерок Р. Ашер предложил назвать «синдром Мюнхаузена». Распознавание не просто, так как очень ответственно отказаться от диагноза острого живота. <…>

5. Следует отметить еще один синдром, известный под названием «нервная анорексия» (anorexia nervosa seu mentalis), возникающий у молоденьких девушек без явных признаков изменения личности. Отсутствие аппетита, отказ от еды ведут к истощению, опасному для жизни. Это состояние сходно с состоянием гипофизарной кахексии Симмондса. Начало заболевания малозаметно: девушка сознательно перестает есть для того, чтобы похудеть (под влиянием разговоров, внушения, стремления к «идеалу красивой фигуры»). В последние годы была довольно значительная пандемия среди девушек – стремление к похудению; отказ от пищи проводится весьма настойчиво и наступает значительная потеря веса (до 20–30%), нередко наступают аменорея и другие эндокринные нарушения и истощение. В дальнейшем убеждения мало помогают, аппетит отсутствует. Такое, почти массовое увлечение возникло вследствие подражания одной модной, разрекламированной английской девушке. Справедливо такое начало случаев нервной анорексии назвать «синдром Твигги». Случаи массового подражания, внушаемости довольно велики среди здоровых, но особенно среди больных людей; например, известна пандемия «магнитных браслетов», якобы лечащих гипертонию, она началась в Японии и продолжает подогреваться слухами и спекулянтами.

Повторные консультации некоторых больных, лечение в разных больницах по поводу разнообразных нарушений системы пищеварения бывают иногда довольно длительны, пока не диагностируется шизофрения (обычно с помощью психиатра).

Мы остановились на этих формах психогенных нарушений пищеварения в связи с их частотой. По-видимому, увеличилось количество случаев психопатий с фиксацией внимания на органах пищеварения, в качестве громоотвода жизненных трудностей за счет неврологических проявлений (судорожные припадки, немота, анестезии и т. п.).

С другой стороны, эти заболевания свидетельствуют о том, что даже самая тонкая диагностическая техника не может и не должна заменить внимательной беседы: больной человек – это человек со всеми его сложными переживаниями и определенным эмоциональным настроем.

Неврогенные и психогенные нарушения функций аппарата пищеварения не пользовались особым вниманием гастроэнтерологов, как например: рак, гастрит и т.п. На эти заболевания мы обращаем внимание не только потому, что они очень часты, но и потому, что нуждаются в изучении в содружестве с психоневрологами и другими специалистами. Они заслуживают внимания еще и потому, что являются антидотом тенденции к локализму.



Возвращаясь к началу доклада, что болезнь есть реакция на повреждение, что реакция почти всегда имеет приспособительную тенденцию, поэтому можно и должно так называемые функциональные психогенные заболевания анализировать как приспособительные. Эти больные действительно страдают. Стремления невропата или психопата истерикой привлечь внимание, вызвать сострадание и заботу окружающих различными способами нам представляются как реакция поврежденных нервных процессов на жизненные ситуации, как один из видов приспособления, как «крик» нервной системы о помощи (как бы ни казался этот «крик» странным). Больными не рождаются, а делаются, поэтому все исправимо. Нередко притворство может быть защитным поведением ослабленной личности при особых условиях жизни. В симптоматологии этих болезней признаки повреждения центров и реакции на них не всегда легко различимы. Неправомерно и раздражение врача, когда он не может справиться с диагностикой и лечением. Врач, конечно, обязан не негодовать, а овладеть ситуацией, помогать и изучать больного (sine ira et studio). Мы представили некоторые проблемы гастроэнтерологической диагностики: местные поражения и реакции, а также центральные повреждения и реакции периферии. Между этими полюсами еще большое поле диагностической работы. Вместе с этим хорошо заметна вся относительность нашей специальности: как нет болезней без изменений функций пищеварения, также нет гастроэнтерологических заболеваний без участия всего организма. Поэтому столь необходима и общая, и частная диагностика болезней пищеварения.

1 S. Wessely (BMJ 2002;325, Editor’s choice).

2 В принципе мы согласны с А. И. Струковым: «Нет функциональных нарушений, не связанных с соответствующими структурными сдвигами». (Патологическая анатомия, 1971, стр. 6).

Источник: http://www.gastroscan.ru/literature/authors/9610

Правило бутерброда. Беседа с Василенко В.В

— Кошмар! У меня на работе нет столовой! – возмущалась моя бывшая коллега Яна. – Зато есть ежедневная проблема – где и как пообедать?

Сначала решила ходить в кафе. Но дорога туда и обратно занимает больше 20 минут, поэтому приходится есть в спешке. И я не готова ежедневно выкладывать по 200 рублей за бизнес-ланч. Пробовала носить из дома баночки с едой, но неловко перед всеми пюре с котлеткой из пластикового контейнера употреблять, да и руководство не приветствует «пищевые» запахи в офисе.

Теперь Яна носит из дома бутерброды. И покупает в гастрономе йогурты, крабовые палочки, плавленый сыр и булочки. Дешево и сердито. Одно только беспокоит – как бы на сухомятке гастрит не заработать или чего похуже – язву желудка.

— Моя мама – врач-терапевт, – продолжает Яна. – К тому же, ярый приверженец правильного питания и всю жизнь внушает, что нужно есть здоровую пищу, иначе гастрит неминуем. Наверное, она права, ведь сейчас гастрит у каждого второго. А у кого его нет, тот мучается дисбактериозом из-за неумеренного употребления всякой химии, газированных напитков и алкоголя.

ПИЩА – НЕ ОТРАВА

«Пища не бывает полезной или вредной, она бывает доброкачественной или недоброкачественной, – уверен гастроэнтеролог-диетолог Владимир Василенко. – С первого взгляда может показаться странным утверждение о том, что «неправильным» питанием невозможно нажить хроническую болезнь пищеварения: язву, рак, панкреатит, холецистит, колит и даже хронический гастрит. Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что «хронический гастрит» гастроэнтерологи считают самым распространенным ошибочным диагнозом XX века и в настоящее время стараются вообще избегать этого термина.

1. Практически единственная болезнь, которую можно нажить однообразным жирным питанием, это желчнокаменная болезнь – камни в желчном пузыре.

2. Любое однообразное питание, включая вегетарианское, может привести к дефициту витаминов или минералов.

3. Кроме того, стало известно, что чрезмерная любовь к сладкому не может спровоцировать диабет у здорового человека. Еще один момент: в основе других «болезней цивилизации» – гипертонии и ишемической болезни сердца – лежит преимущественно переедание, ведущее к ожирению.



4. И уж конечно, неустроенность питания отсутствует в списке профессиональных вредностей, а гастрит – в перечне профессиональных болезней, например, шоферов или геологов, – представителей тех профессий, которые в силу специфики работы не могут позволить себе «полноценного домашнего» питания».

ЗАЧЕМ ЗДОРОВОМУ ЛЕЧЕНИЕ?

Неправильное питание до язвы не доведет.

Почему же тогда врачи прописывают пациентам лечебные диеты, запрещая при этом некоторые «вредные» продукты?

Владимир Василенко поясняет:



— Родоначальник научной диетотерапии, основатель Института питания Мануил Певзнер отрабатывал диеты, пытаясь лечить пациентов без лекарств. При наличии мощных современных лекарств диетические меры отходят на задний план. Однако не забывайте, что мы с вами говорим не о больных людях, а о здоровых.

Такого же мнения и нынешний директор НИИ питания РАМН Виктор Тутельян. На пресс-конференции, посвященной I Всероссийскому съезду диетологов и нутрициологов, он заявил: «Здоровому человеку не нужно никакой диеты, а чтобы быть здоровым, нужно соблюдать самые простые правила. При покупке продуктов смотрите на срок годности и калорийность. Конечно, соблюдение гигиены тоже немаловажно».

Момент истины

То есть, получается, в различных медицинских изданиях пишут, что причиной гастрита является неправильное питание – пристрастие к острой, горячей и грубой пище, избыточное употребление алкоголя, нерегулярное питание, еда всухомятку, но это не совсем верно?

«Получается, что так, – говорит Владимир Василенко. – Исходя из такой постановки вопроса, все обжоры и гурманы должны страдать гастритом. Но это далеко не так. И Международная этиологическая (т. е., причинная) классификация гастритов даже не рассматривает питание как угрожающий фактор. То, что люди обычно называют гастритом – это функциональные расстройства пищеварения».

Русская кухня самая здоровая: «щи да каша» плюс ржаной хлеб, репчатый лук, чеснок и «рыбные дни» два раза в неделю.



А истинной причиной гастрита, язвы и даже рака желудка является микроб с красивым названием Helicobacter pylori.

На сегодняшний день, хеликобактериозом заражено достаточно ощутимое количество населения планеты. Утешает то, что язва и рак разовьются далеко не у всех из них. А вот гастрит гарантирован.

Избавиться от злобной бактерии весьма непросто. Намного легче ее не подхватить: соблюдать личную гигиену (хеликобактериоз передается контактно-бытовым путем) и обследоваться при первых же тревожных симптомах (болезненные ощущения или чувство переполненности желудка, изжога, тошнота, неприятный привкус во рту, отрыжка, кровоточивость десен).

КАК ВЫ ПИТАЕТЕСЬ НА РАБОТЕ?

комплексный обед в столовой 67%



бизнес-ланч в кафе 9%

перекус в фаст-фуде 1%

покупаю что-нибудь в магазине 5%

приношу еду из дома 4%

питаюсь бутербродами и «сухомяткой» 3%

практически не обедаю, только чай пью 11% .



Опрос проведен 5–12 декабря при содействии портала www.begin.ru.

В опросе приняли участие 313 человек.

Полезно все, что в рот полезло

Что же получается, фанаты здорового питания напрасно выбирают только «полезные» продукты? Они не правы, считая бутерброд преступлением против желудка? И вовсе необязательно в обед есть жидкое блюдо, а на ужин горячее, как с детства внушают мамы?

Владимир Василенко считает, что простые правила питания принесут больше пользы, чем строгий детальный подбор продуктов.

По данным ВОЗ, сегодня число переедающих в мире превышает число недоедающих.



«Наборы пищевых продуктов, кулинарная обработка, распорядок приема пищи, пищевые привычки очень разнятся у разных народов. Единой установки быть не может.

Так, древние греки, по сведениям Гиппократа, питались два раза в день, а древние римляне – три, и наедались на ночь».

В принципе, здоровому человеку «полезно, что в рот полезло», но в меру. Рекомендации по питанию для жителей развитых стран, не страдающих хроническими болезнями, разумны, просты и не отягощены деталями:

Употреблять разнообразную пищу.

Уравновешивать еду достаточной физической активностью.



Придерживаться рациона с большим содержанием зерновых (крупяных) продуктов, овощей и фруктов.

С низким содержанием жира (т. е. насыщенных жиров и холестерина), сахаров, соли.

Умеренно потреблять алкоголь.

Василенко В.В. , врач-гастроэнтеролог, к.м.н., доцент кафедры внутренних болезней ММА имени И.М. Сеченова, г. Москва.

Обратите внимание: в январе поступила в продажу новая книга Василенко В. В. “Тайны пищеварения”, 2009г.

Есть ли у пищеварительной системы секреты? Оказывается, их много. Почему появляются неприятный запах изо рта и громкая отрыжка, отчего начинается боль в боку и связана ли она с психоэмоциональным состоянием, почему после еды урчит живот и как остановить внезапно начавшуюся икоту — с такими явлениями сталкивается каждый человек, но не каждый знает, как с ними справиться. Что такое «болезнь рыбного запаха» и зигзагообразная система питания, как избавиться от запоров и остановить диарею без лекарств, нужна ли гипокалорийная диета и чем лечили болезни пищеварительной системы 100 лет назад — это лишь малая часть того, что вам предстоит узнать.



Тайны пищеварения раскрывает Василенко Владимир Владимирович — доцент, кандидат медицинских наук, врач, 40 лет отдавший медицине.

Источник: http://lib.komarovskiy.net/pravilo-buterbroda-beseda-s-vasilenko-vv.html

Гастроэнтеролог высшей категории

доктор медицинских наук

Васильев Владимир Александрович

Консультация, диагностика, лечение хронических заболеваний органов пищеварения: пищевода, желудка, 12-ти перстной кишки, толстой кишки, желчного пузыря, поджелудочной железы, печени, сочетанной патологии



Информация является интелектуальной собственностью автора сайта www.gastrohelp.od.ua (с декабря 2006 г) доктора медицинских наук Васильева Владимира Александровича

Фото 1 Фото 2 Фото 3

— консультации в кабинете гастроэнтеролога в назначенное время

— помощи во время консультации в выборе и выполнении рекомендуемых современных диагностических исследований, с учетом протокола оказания медицинской помощи по специальности "Гастроэнтерология"

— назначения адекватной терапии во время консультции, с учетом протокола оказания медицинской помощи по специальности "Гастроэнтерология" для амбулаторного лечения или/и в условиях дневного стационара, а при показаниях — в условиях стационара



Сегодня мой накопленный многолетний опыт работы гастроэнтерологом позволяет мне более эффективно организовывать и проводить раннюю и точную диагностику, современное лечение, а также — реабилитацию и профилактику заболеваний органов пищеварения ( Практическая деятельность врача гастроэнтеролога д.м.н. Васильева В. А.) .

Что мне — врачу гастроэнтерологу удается выполнить в практической работе :

— установить правильный диагноз (основной, сопутствующий, осложнения) часто и редко встречаемых (выявляемых) заболеваний органов пищеварения

— заподозрить или исключить хирургическую патологию и своевременно направить больного к абдоминальному хирургу

— выявить предраковые заболевания органов пищеварения и/или предраковые изменения (метаплазия, дисплазия)



— исключить или подтвердить онкологическое заболевание органов пищеварения и направить к онкологу (онкологу-хирургу) для уточнения диагноза и лечения

— проводить активную диагностику заболеваний органов пищеварения с использованием самых современных методов диагностики, включающих эндоскопию, биопсию биоптатов, КТ и МРТ с холангиопанкреатографией, рН-метрией желудка и пищевода и другие методы диагностики в лечебно-диагностических учреждениях в г. Одессе, других городах Украины и за рубежом

— помочь пациенту, с учетом его заболевания, возможностей, показаний и противопоказаний выбрать нужный метод или методы для уточнения диагностики заболеваний и осложнений

— назначить адекватное лечение с учетом требований протокола и индивидуального подхода

В своей работе врачом гастроэнтерологом руководствуюсь:



— взаимным доверием и уважением врача и пациента

— доведением до пациента алгоритма возможных методов диагностики, способов и методов лечения, с учетом показаний и противопоказаний

— взаимоуважением к коллегам, принимающим участие в консультации и обследовании пациента, с целью установления правильного диагноза для адекватной и эффективной терапии

— индивидуальным и дифференцированным подходом к рекомендации адекватной терапии (стандартной, альтернативной и иной) пациентам, заинтересованным в установлении предварительного и окончательного диагноза заболевания

Васильев Владимир Александрович – врач гастроэнтеролог высшей категории, доктор медицинских наук (г. Одесса) входит в состав комиссии профессиональных действующих экспертов Экспертного Жюри конкурса торговых марок «Фавориты Успеха – 2011», «Фавориты Успеха – 2012», «Фавориты Успеха – 2013», «Фавориты Успеха – 2014», «Фавориты Успеха – 2015», «Фавориты Успеха – 2016», «Фавориты Успеха – 2017» в категории «Безрецептурные фармпрепараты» (Источник: www.favor.com.ua )

Перечень с ертификатов д.м.н. гастроэнтеролога Васильева Владимира Александровича

Источник: http://gastrohelp.od.ua/



Клиника пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии и гепатологии им. В.Х. Василенко

Клиника пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии и гепатологии им. В.Х. Василенко — обособленное государственное подразделение второй университетской больницы Первого Московского Государственного Медицинского Университета имени И.М. Сеченова, предоставляющее узкоспециализированные услуги всем слоям населения.

Центр находится в отдельном корпусе комплекса медицинских зданий МГМУ, имеет большой штат сотрудников и всё необходимое оборудование для диагностики/лечения заболеваний гастроэнтерологического спектра. Руководителем заведения является академик РАН, Ивашкин Владимир Трофимович.

О клинике

Отзывы

Доктора

На карте

Информация о клинике

Клиника пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии и гепатологии им. В.Х. Василенко, университетской клинической больницы №2 Первого Московского Государственного Медицинского Университета имени И.М. Сеченова — современный центр лечения заболеваний вышеозначенного профиля с более чем столетней историей.

Созданная на базе пропедевтической терапевтической клиники, она за десятилетия развития, приобрела безупречную репутацию одного из лучших центров по изучению, диагностике, комплексному избавлению от гастроэнтерологических проблем. На базе клиники пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии и гепатологии им. В.Х. Василенко работают отделения классической гастроэнтерологии, кардиологический центр, кабинеты гепатологии, диагностической/лечебной эндоскопии, УЗИ, функциональной диагностики, физиотерапии, пульмонологии, хронических болезней поджелудочной железы и кишечника, а также реанимации и интенсивная терапия.

Во всех помещениях центра сделан капитальный ремонт, соответствующий представлениям и нормам о современных стационарах. Здесь есть общие палаты, а также боксы повышенной комфортности и ВИП-комнаты. У вас диагностировали заболевание пищевода, нашли инфекцию H.pylori, язву, аутоиммунный/атрофический гастрит? Начались послеоперационные проблемы с желудком, функциональные расстройства желудочно-кишечного тракта? Здесь вам помогут!

Коллектив медиков включает в себя три десятка врачей высших медицинских квалификаций и почти пятьдесят человек младшего персонала. При необходимости, больной может пройти диагностику, как на оборудовании клиники, так и в иных подразделениях университетской больницы №2. Закрытый полный цикл профилактики/диагностики/лечения/реабилитации, а также хорошие условия содержания в стационаре позволят избавиться от недуга без обращения в другие медцентры.

Источник: http://www.doctorfm.ru/clinics/klinika-propedevtiki-vnutrennih-bolezney-gastroenterologii-i-gepatologii-im-vh-vasilenko

Отделение гепатологии клиники пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии и гепатологии им. В.Х. Василенко ММА им. И.М. Сеченова

Структура: Отделение гепатологии.

Адрес: Москва, ул. Погодинская, д. 1, стр. 1.

из 100 возможных

Специалисты в клинике

  • Абдурашитова Нейля Усмановна
  • Абраменко Надежда Витальевна
  • Абрицова Марьяна Владимировна
  • Авдейкина Ольга Николаевна

О медицинском учреждении

Клиника пропедевтики внутренних болезней является одним из старейших терапевтических медицинских центров страны, который был основан еще в 1874 году. Специалисты отделения гепатологии используют в своей практике только современные методы обследования органов гепатобилиарной системы, а также наиболее эффективные и безопасные препараты, пригодные для лечения патологий ЖКТ и печени.

В настоящее время клиника им. В.Х. Василенко является одним из наиболее авторитетных центров по изучению патологий органов ЖКТ, а также внедряемым методикам лечения вирусного гепатита. Консультируют больных только высококлассные специалисты в области гастроэнтерологии, большая часть из которых имеет ученые степени. В распоряжении медицинского центра находится современная диагностическая база, которая включает в себя компьютерное и ультразвуковое оборудование.

Для жителей Москвы консультация, диагностика и терапия заболеваний печени проводятся бесплатно. Обратиться в клинику им. В.Х. Василенко могут пациенты любого возраста, страдающие:

Доброжелательный медперсонал отделения гепатологии оказывает больным квалифицированную медицинскую и психологическую помощь. Врачи высшей категории занимаются амбулаторным и стационарным ведением пациентов с заболеваниями печени практически любой этиологии. Благодаря современным методам исследования и профессионализму специалистов, в клинике им. В.Х. Василенко ежегодно излечиваются от дисфункции печени не менее 1500 тыс. пациентов.

Гастроэнтерологическая клиника при ММУ им. И.М. Сеченова оснащена всеми необходимым диагностическим оборудованием, что подтверждается наличием международного сертификата. Специалисты медцентра регулярно проходят курсы повышения квалификации, благодаря чему неуклонно растет качество оказываемой медицинской помощи.

Обратившись в клинику, вы получите ответы на все вопросы, касающиеся состояния здоровья и применения последующих методов медикаментозного и физиотерапевтического лечения. Ответственные и высококвалифицированные врачи-гепатологи всегда следят за динамикой выздоровления пациентов и в случае необходимости консультируют по вопросам профилактики обострений хронических заболеваний.

Источник: http://propechenku.ru/kliniki/otdelenie-gepatologii-centra-vasilenko-i-sechenova.html

В.Х. Василенко и гастроэнтерология сейчас

О статье

Для цитирования: Василенко В.В. В.Х. Василенко и гастроэнтерология сейчас // РМЖ. 2007. №15. С. 1181

Противоречивый процесс глобализации коснулся всех сторон человеческой деятельности, в том числе сферы общественного здравоохранения и медицинской науки, где он проявился, в частности, сменой отечественных научных приоритетов на общемировые и в лечебно-профилактической области – с общественных на индивидуальные. Наряду с традиционным подходом к болезни как состоянию, сокращающему продолжительность жизни и снижающему трудоспособность, все шире стало учитываться еще одно закономерное следствие болезни – снижение качества жизни. Особенно яркие сдвиги наблюдаются в клинической гастроэнтерологии.

Однако применение этих инструментов показало, что при многих патологических состояниях не обнаруживается ни ясный причинный фактор («полиэтиологичность»), ни специфический морфологический субстрат. Нозологический и локалистический подходы оказались недостаточными. В реальной действительности создалось такое положение, когда врачи готовы лечить хорошо знакомые им болезни, а пациенты хотят просто не страдать. По гиперболическому выражению английского клинициста1, трагический факт заключается в том, что врачи в медицинских ВУЗах тратят массу времени на изучение одних болезней, в то время как в повседнев­ной практике они обычно сталкиваются с совершенно иными. Возникла необходимость дополнить нозологическую классификацию понятием функциональных болезней и разработать для последних четкие диагностические критерии и рациональные лечебные подходы. Это было реализовано в документе «Мно­го­наци­ональное соглашение о функциональных желудочно-кишечных расстройствах», который не лишен, однако, недостатков, свойственных органно-локалистическому подходу.

Новые положения гастроэнтерологии с трудом прокладывают путь в повседневную практику. Частично это связано с энтузиазмом активного внедрения эндоскопических методик (особенно тревожного в педиатрии). Так, В.Х. Василенко подчеркивал, что «это методы, главным образом, местного определения патологии и только косвенно указывают на болезнь в целом». Отчасти же – с недостаточным осознанием того, что они закономерно вытекают из традиции русской медицины.

Сегодня уместно вновь обратиться к тому, что по этому поводу думал основоположник отечественной клинической гастроэнтерологии В.Х. Василенко. Свои мысли в наиболее концентрированной и доступной форме он выразил в речи, обращенной к будущим и состоявшимся врачам более 35 лет назад. Она была опубликована тиражом 500 экземпляров.

Воспроизводим фрагмент текста (части III) по изданию: Актовая речь В.X. Василенко «Проблемы общей и частной диагностики заболеваний органов пищеварения»; издание I ММИ, 1971 г. Смысловые выделения шрифтом в тексте и примечание принадлежат автору речи.

«Поближе к больному человеку». Ф.Г. Яновский.

«Отмечу последний (last not laest) и нелегкий для диагностики раздел гастроэнтерологической клиники – многочисленные случаи разнообразных, меняющихся клинических картин нарушений нервной регуляции функ­ций органов пищеварения. Это область неопределенных фактов, рыхлых связей симптомов. Только в учебниках есть определенные схемы, модели болезней, а в жизни все много сложнее, труднее и неповторимее. Половина амбулаторных больных, пациентов поликлиник, консультации гастроэнтерологов и значительное количество коек в стационарах занято людьми, страдающими так называемыми функциональными нарушениями системы пищеварения2. Конечно, функция и структура взаимообусловлены, однако в клинике есть заболевания, при которых еще не обнаружены и не доказаны структурные изменения, обусловливающие или составляющие морфологический аспект болезни. «Функциональные заболевания» – условное название.

Первое, с чем мы соприкасаемся у постели больного, – это симптомокомплекс, т.е. агрегат симптомов (и признаков), который необходимо привести в порядок, в систему, без чего можно растеряться в хаосе информации. После установления связи между симптомами – по месту, по последовательности их, причинной зависимости – мы можем выделить симптомы со стороны желудка, печени и т. д. и симптомы, связанные с изменениями тех или иных функций (секреции желудка, моторики кишечника и т.д.). В результате образуются синдромы, т.е. группы симптомов, объединенных анатомической основной или функциональной связью, патогенезом. Иногда имеется «разброс» симптомов на ряд органов и систем (полифокальный синдром). До полного диагноза болезни дело часто не доходит, и для нас немало больных представляются только определенным синдромом. Относительно больных, страдающих так называемыми функциональными нарушениями органов пищеварения, часто дело идет скорее о стадиях заболевания, которое приводит к морфологическим изменениям.

Практически мы разделяем: а) симптомы субъективные (сенситивный синдром), например: боли в животе, тошнота и т.д., иногда бывают в чистом виде, т.е. без обнаружения анатомо-физиологических оснований; б) симптомы функциональные (функциональный синдром), например, желудочная гиперсекреция и гипер­хлоргидрия, диарея или запор и т.д., изменение функций может иногда и не ощущаться больным; в) симптомы органические, иногда их называют признаки (морфологический синдром), например: гепатомегалия, варикозное расширение вен пищевода, каскадный желудок и т.д., и при этом синдроме иногда отсутствуют субъективные симптомы и даже при нарушении функций, например: некоторые формы хронического гепатита и т.д. В большинстве случаев имеется сочетание синдромов (сенситивного, функционального, морфологического). Происхождение каждого синдрома или их сочетаний не всегда хорошо выявляется; если удается установить точную этиологию (например: свинцовое отравление, сифилис, наследственная глютеновая недостаточность и т.д.), то диагноз будет указывать на определенную болезнь или нозологическую единицу. Само собой разумеется, что при любом заболевании – инфекция, интоксикации, опухоли, травма – почти всегда изменяются функции пищеварительной системы, они являются вторичными и не будут предметом сегодняшнего рассмотрения. Наше внимание привлекают нарушения, связанные с функциями нервной системы. Можно перечислить ряд симптомов и синдромов в гастроэнтерологии неврогенной природы.

1. Невропатические и психопатические: горечь во рту, истерический комок, аэрофагия, психогенная рвота, мнимый запор, «метеоризм», вздутие живота без метеоризма, «постгепатическая неврастения», висцералгия, солярный синдром, психическая анорексия, канцерофобия и другие фобии.

2. Функциональные («органные неврозы»): пароксизмальная саливация, спазмы пищевода и кардии, функциональная желудочная диспепсия – а) раздраженный желудок, б) вялый желудок; псевдоульцерозный синдром; функциональные кишечные диспепсии – а) раздраженная толстая кишка, б) спастический запор, в) функциональный понос; простой запор (дисгезия), псевдоаппендицит, постгепатический синдром, постхолецистэктомический синдром, синдром правого и левого подреберья, нейродигестивная астения [3. Мар­жатка, 1967]. Здесь «инвентаризовано» 27 форм или симптомов нарушений функций; можно некоторые названия оспаривать, дать другие термины, но подобные проявления заболеваний существуют в клинике. При истерии, например, отмечают около 60 субъективных и функциональных симптомов, из них более 10 относятся к области гастроэнтерологии [Woodruff и др., 1971]. Все эти перечисления вызывают потребность упорядочить массу симптомов в группы в зависимости от их происхождения.

1. Функциональные гастроэнтерологические расстройства могут возникать в результате рефлекторных влияний (висцеро-висцеральных) со стороны других систем (кровообращения, мочеотделения, половой сферы и др.); известна яркая гастралгическая форма инфаркта миокарда, описанная В.П. Образцовым и Н.Д. Стра­жеско; почечная колика иногда сопровождается или маскируется симптомами кишечной непроходимости и т.д. Механизм висцеро-висцеральных рефлексов лежит в основе многих, еще мало изученных синдромов. Эти рефлексы, существующие у здоровых людей, при заболевании проявляются яркими симптомами, например: прием пищи может быстро вызвать позыв на дефекацию (при колите), глоток воды — тенезмы (при проктите) и т.д. Рефлекторные расстройства функции являются часто вторичными при патологии других систем, а также и самих органов пищеварения.

2. Лица, страдающие первичной вегетативной дистонией или вегетативными неврозами органов пищеварения, заслуживают внимания. Нам представляется, что физиология и патология вегетативной нервной системы, особенно высших ее центров, не столь тщательно изучена, как другие отделы нервной системы. У больных могут быть как бы немотивированные поносы или запоры, аэрофагия, привычная рвота, метеоризм и т.д. Такие состояния связаны с количественно и качественно измененной реакцией вегетативной нервной системы на обычные раздражители среды; характерно для этого типа невроза, что личность больного, его интеллект патологически не изменены. Значение высшей нервной деятельности в нашей жизни достаточно высоко оценивается всеми. Реакция конкретного человека на раздражители внешней среды, на межлюдские отношения зависит не только от силы и длительности раздражителя, но и конституционных особенностей личности. Доказана повышенная ранимость нервной системы при слабом типе (по И.П. Павлову) высшей нервной деятельности, при неуравновешенности возбудительного и тормозного нервного процесса, при преобладании первой сигнальной системы над второй и т.д.

3. Не последнее место в клинике занимают функ­циональные симптомы так называемого психогенного происхождения. В первую очередь следует отметить роль эмоций. Доказано их влияние на моторную, секреторную, сенсорную функции желудочно-кишечного тракта. Угнетение, так называемые отрицательные эмоции, ведет к торможению функций (потере аппетита, желудочной гипохилии, падению веса, анемии), создавая диспептический синдром, почти не отличимый от проявлений рака желудка. Такая картина депрессии – результат несбалансированных эмоций на семейной или служебной почве; выяснение причин создает, конеч­но, возможность лечения. Состояние депрессии при особо трудной жизненной ситуации или конституциональной предрасположенности становится упорным.

Отличают другую форму эмоционального состояния беспокойства (anxiety), тягостное чувствование, сопровождающееся страхом (беспричинным или неадекватным). Это состояние обусловливает чувство сухости во рту, анорексию, рвоту, аэрофагию, кишечные спазмы и т.д. на фоне утомляемости и головной боли. Более легкие формы фобии (чем канцерофобия) – боязнь поноса или запора и т.д. – встречаются очень часто и проходят (обычно временно) после хорошего разъяснения больному сути дела. Вегетативные расстройства сами по себе или в сочетании с эмоциональным беспокойством или депрессией ведут к различным нарушениям функ­ций, а затем и морфологическим изменениям органов. Известны неврогенные моторные нарушения пищеварительного тракта: спазм пищевода, кардии, привратника, сфинктера Одди, колики, а также и секреторные нарушения. Не без некоторого основания язвенную болезнь, ахалазию пищевода, даже неспецифический язвенный колит связывают с психогенными влияниями. С другой стороны, все соматические заболевания отражаются в сознании, в эмоциональной сфере и не остаются без влияния на течение болезни. К сожалению, мы не всегда можем точно разграничить психогенные факторы от функционально-органических. Роль настройки центральной нервной системы в клинике любого заболевания всегда велика; еще Н.И. Пирогов показал значение эмоционального состояния на течение ранений на войне. Стремление обосновать роль высшей нервной деятельности, психики при заболеваниях оформилось в большие теории. На Западе такая теория получила название психосоматической медицины (она по сути идеалистическая, связана с фрейдизмом или психоанализом); в нашей стране создана теория кортико-висцеральной патологии [К.М. Быков, Н.Т. Кур­цин]. Эти широкие обобщения не избежали, по-видимому, некоторых преувеличений и гипотетических положений, но они привлекли внимание врачей к изучению личности больного, к состоянию нервных процессов.

Это был ответ на господствовавший в некоторых медицинских школах так называемый чисто естественнонаучный объективный подход к больному (например, Наунин и др.). Эту реакцию образно выразил Честертон: «Люди хотят сказать, что человека надо изучить снаружи, как исполинское насекомое. Они говорят, что это научно беспристрастно, а это просто бесчеловечно. Я не пытаюсь изучать человека снаружи, я попытаюсь проникнуть внутрь. Покуда я не начну думать его думы, терзаться его страстями». Это стремление соответствует тому, что называется эмпатией. Понимание внутренней картины болезни, конечно, помогает правильной диагностике. Здесь же можно отметить своеобразные противоречия между обилием субъективных симптомов и незначительностью или полным отсутствием соматических отклонений, в то же время самые тяжелые (органически) больные часто предъявляют мало жалоб. Нередко раковые больные уменьшают или скрывают свои страдания («уход из болезни»). Распознавание характера невроза, оценка субъективных симптомов, психопатий, «ухода в болезнь» представляют немалые трудности, а встречаются они ежедневно. <…> Кроме прогресса инструментальных и лабораторных методов, существенно позаботиться об усвоении методов психологического и логического анализа симптоматологии болезней и личности больного, особенно при так называемых психогенных нарушениях, неврозах и психопатиях у больных в гастроэнтерологической клинике. Такого рода пациенты представляют значительные трудности в диагностике и лечении, иногда это crux medicorum (по старинной терминологии).

4. Остановлюсь только на некоторых синдромах из многообразной и часто драматической симптоматологии. Диагностические затруднения начинаются с того, что ряд субъективных синдромов (например: боли в животе, тошнота) или жалобы на функциональные расстройства (например, рвота, понос или запор) не находят подтверждения или объяснения при объективном исследовании, часто не удается точно наблюдать эти нарушения. Иначе говоря, симптоматология (иногда весьма богатая) остается необъясненной, врач теряется в догадках и нерешительности. Между прочим, следует отмечать не только на что, но и как жалуется пациент. Поиски выхода из затруднений такого рода, кроме тщательного объективного исследования, следует искать также в так называемой клинической логике. Дело в том, что как в житейском обиходе «концы должны сходиться с концами», так и в науке «все истины согласуются между собой». У психопатических больных обнаруживаются поразительные, но иногда и не очень заметные противоречия, например: жалобы на непрерывные рвоты без потери веса, кровотечения без анемии, постоянные боли при хорошем ночном сне, сильные поносы без истощения, многолетние страдания не находят отражения в соматическом состоянии и т.д. Иначе говоря, это путь сопоставления жалоб, симптомов, объективных признаков между собой, установление причинной зависимости, а также оценки поведения пациента. Исходным пунктом страдания может быть центральная нервная система: повреждение ее деятельности обусловливает функциональные, а в дальнейшем морфологические изменения органов. Во многих случаях необъяснимая симптоматология связана с психопатией, т.е. глубоким изменением характера и личности пациента. Один из подобных синдромов можно было бы назвать абдоминальной гипохондрией. У таких пациентов вся жизнь и переживания связаны с функциями органов живота, которые в некоторой степени могут быть изменены или кажутся больному нарушенными. Характерным является постоянное недовольство врачами и столь же постоянные поиски помощи, длительная госпитализация и неприспособленность к труду. Они никогда не признают улучшений, оспаривают лечение, находят у себя новые симптомы. Не случайно говорят, что воображаемые болезни неизлечимы. Иногда врачам тяжело их обслуживать; клиницист Р. Гетчисон не мог удержаться от жалобы: «Постоянное требование сочувствия и понимания делает абдоминальную женщину настоящим вампиром, высасывающим жизненные соки из всех, кто с ним соприкасается. Получасовой разговор с ней истощает врача больше, чем все остальные пациенты за весь день вместе взятые». Для диагностики такого заболевания, кроме беседы, конечно, нельзя обойтись без рентгенологических и других методов исследования для исключения органического процесса; психопатия не гарантирует от карциномы.

Нельзя обойти вниманием другой синдром, которому давно было дано название «хронический живот» (затем забытое). Этот синдром, в отличие от «острого живота», не представляет угрозы для жизни больного (но не для родственников). Клиника достаточно отчетлива: девушка или молодая женщина с настойчивыми жалобами на боли в животе и различные симптомы со стороны органов пищеварения; в стационар больная попадает обычно в карете скорой помощи по поводу какой-то брюшной катастрофы или кровотечения. Осмотр живота обнаруживает многочисленные послеоперационные рубцы – своеобразные автографы разных хирургов. <…> Правильное распознавание мифического острого живота, из-за которого больная попадает в хирургическое отделение, представляет значительные трудности. Наряду с драматическими жалобами имеется еще агрессивная настойчивость. Характерно в этих случаях стремление к операции, бессмысленность симуляции, а иногда – поразительная лживость. Случаи таких больных фантазерок Р. Ашер предложил назвать «синдром Мюнхаузена». Распознавание не просто, так как очень ответственно отказаться от диагноза острого живота. <…>

5. Следует отметить еще один синдром, известный под названием «нервная анорексия» (anorexia nervosa seu mentalis), возникающий у молоденьких девушек без явных признаков изменения личности. Отсутствие аппетита, отказ от еды ведут к истощению, опасному для жизни. Это состояние сходно с состоянием гипофизарной кахексии Симмондса. Начало заболевания малозаметно: девушка сознательно перестает есть для того, чтобы похудеть (под влиянием разговоров, внушения, стремления к «идеалу красивой фигуры»). В последние годы была довольно значительная пандемия среди девушек – стремление к похудению; отказ от пищи проводится весьма настойчиво и наступает значительная потеря веса (до 20–30%), нередко наступают аменорея и другие эндокринные нарушения и истощение. В дальнейшем убеждения мало помогают, аппетит отсутствует. Такое почти массовое увлечение возникло вследствие подражания одной модной, разрекламированной английской девушке. Справедливо такое начало случаев нервной анорексии назвать «синдром Твигги». Случаи массового подражания, внушаемости довольно велики среди здоровых, но особенно среди больных людей; например, известна пандемия «магнитных браслетов», якобы лечащих гипертонию, она началась в Японии и продолжает подогреваться слухами и спекулянтами.

Повторные консультации некоторых больных, лечение в разных больницах по поводу разнообразных нарушений системы пищеварения бывают иногда довольно длительны, пока не диагностируется шизофрения (обычно с помощью психиатра).

Мы остановились на этих формах психогенных нарушений пищеварения в связи с их частотой. По-видимому, увеличилось количество случаев психопатий с фиксацией внимания на органах пищеварения в качестве громоотвода жизненных трудностей за счет неврологических проявлений (судорожные припадки, немота, анестезии и т.д.).

С другой стороны, эти заболевания свидетельствуют о том, что даже самая тонкая диагностическая техника не может и не должна заменить внимательной беседы: больной человек – это человек со всеми его сложными переживаниями и определенным эмоциональным настроем.

Неврогенные и психогенные нарушения функций аппарата пищеварения не пользовались особым вниманием гастроэнтерологов, как например: рак, гастрит и т.д. На эти заболевания мы обращаем внимание не только потому, что они очень часты, но и потому, что нуждаются в изучении в содружестве с психоневрологами и другими специалистами. Они заслуживают внимания еще и потому, что являются антидотом тенденции к локализму.

Возвращаясь к началу доклада, напомним, что болезнь есть реакция на повреждение, что реакция почти всегда имеет приспособительную тенденцию, поэтому можно и должно так называемые функциональные психогенные заболевания анализировать как приспособительные. Эти больные действительно страдают. Стремления невропата или психопата истерикой привлечь внимание, вызвать сострадание и заботу окружающих различными способами нам представляются как реакция поврежденных нервных процессов на жизненные ситуации, как один из видов приспособления, как «крик» нервной системы о помощи (как бы ни казал­ся этот «крик» странным). Больными не рождаются, а делаются, поэтому все исправимо. Нередко притворство может быть защитным поведением ослабленной личности при особых условиях жизни. В симптоматологии этих болезней признаки повреждения центров и реакции на них не всегда легко различимы. Непра­во­мер­но и раздражение врача, когда он не может справиться с диагностикой и лечением. Врач, конечно, обязан не негодовать, а овладеть ситуацией, помогать и изучать больного (sine ira et studio). Мы представили некоторые проблемы гастроэнтерологической диагностики: местные поражения и реакции, а также центральные повреждения и реакции периферии. Между этими полюсами еще большое поле диагностической работы. Вместе с этим хорошо заметна вся относительность нашей специальности: как нет болезней без изменений функций пищеварения, также нет гастроэнтерологических заболеваний без участия всего организма. Поэтому столь необходима и общая, и частная диагностика болезней пищеварения».

В настоящее время тема остеопороза (ОП) расширяет свои границы, переставая быть только тер.

Источник: http://www.rmj.ru/articles/istoriya_meditsiny/VH_Vasilenko_i_gastroenterologiya_seychas/